Город Бога

© Станислав Зельвенский,
(http://www.afisha.ru/ )

Бразилия - Франция - США, 2002
режиссер Катя Лунд, Фернанду Мейреллиш
в ролях Александр Родригес, Фелипе Хагенсен, Леандро Фирмино
130 мин
(субтитры)

Город Бога — самый бедный и самый криминальный квартал Рио-де-Жанейро. Там рождаются с косяком в одной руке и с пушкой — в другой. Пока малыш Рокет потихоньку растет и мечтает стать фотографом, его ровесники и их старшие братья грабят бензовозы, бегают от коррумпированных полицейских, делят сферы влияния в наркоторговле, а долгими летними вечерами палят друг в друга из ворованных пистолетов.

Чтобы понимать, о чем речь: «Город Бога» — не просто еще один бразильский фильм, это фильм, у которого штук двадцать призов международных фестивалей и всемирное признание (к примеру, не последний британский киножурнал Empire выбрал его лучшей картиной года). Стало уже привычным называть «Город» бразильским вариантом «Хороших парней» Скорсезе, но сравнение, честно говоря, столь точное, что от него не избавиться. Избитые кинематографом Старого и Нового Cвета сюжет и нарративную структуру — фильм поделен на условные главки, сопровождается закадровым комментарием главного героя и возвращается в одни точки по два-три раза — бразильцы наполнили бурлящей энергией, и впрямь невиданной с золотых времен Скорсезе. «Украденное детство», «уличная преступность», «нищета третьего мира» — штампы западных газет взрываются в этом коктейле Молотова с убийственной бодростью и каким-то жизнерадостным отчаянием. Закон — тайга, прокурор — медведь. «Я мужчина, — сообщает чумазый мальчонка, — я нюхаю кокаин и курю марихуану, я грабил и убивал». Непрофессиональные актеры — в основном дети — играют с достоверностью, в данном случае пугающей, — но в этой квазидокументальности нет ничего спекулятивного, в ней — настоящее. Жизнь настоящая, смерть настоящая и кино настоящее.

Грандиозный роман-эпопея Пауло Линса, написанный по реальным событиям и ставший основой фильма, был существенно перекроен: в фильме нет главного героя и последовательного рассказа о судьбах Малыша Зе и Бене, Красавчика и Моркови (Сеноры). Всю историю нам рассказывает Ракета (Бушкапе) - парнишка с фотоаппаратом в руках, который мечтает стать фотокорреспондентом. Ракета не главный герой - он всего лишь наблюдатель, который рассказывает, перескакивая из 80-х в 60-е и перебивая самого себя параллельными историями.

Он фиксирует события живо и эмоционально (ведь Малыш Зе убил его старшего брата, к Бене ушла девушка его мечты, а среди погибших были его друзья), но без желания манипулировать. Репортер отстраняется от оценок, как бы ни волновала его тема репортажа. А режиссер отказывается от пафоса обличения и воззвания. Он увлекательно рассказывает страшную и реальную историю без героев и палачей, разбираться в остальном - ваше дело.

Именно этим «Банды Рио-де-Жанейро» оказываются лучше, много лучше «Банд Нью-Йорка». Не говоря о том, что фильм лихо снят свободной (иногда специально не сфокусированной) камерой и столь же лихо смонтирован - на этом фильме глазам также не скучно (Мейреллиш, кстати, один из самых известных в Бразилии режиссеров рекламных роликов, сравнивает камеру и монтаж в фильме с ощущениями от марихуаны и вибрациями кокаина).

Свежий ветер кино дует из стран третьего кинематографического мира: а не из Голливуда (законодателя мейнстримовской моды) или Европы (законодателя моды артхаусной). Тарантино и Триер отрабатывают давно найденные ими рецепты, оба делают замечательное, но предсказуемое кино. И даже азиатские фильмы за последние пять лет благодаря фестивальной моде приняты, поняты и ассимилированы. А вот Мексика и Бразилия уже ассоциируются не с традиционным «мылом», а взрывным и жестким кино. Кстати, узнать это мы могли бы и на пару лет раньше: бразильский «Город Бога» уже в 2002 году был участником официальной программы Каннского кинофестиваля.


© Лера Бахтина