Ученые Института цитологии и генетики Сибирского Отделения РАН доказали, что социальная борьба отрицательно влияет на работу половой системы.
Под эксперимент попали опять-таки мыши. Бедным грызунам предложили невыносимые человеческие условия: драться за место на иерархической лестнице. Но, конечно, не за верхнюю ступень в расположении служебных званий и должностей в порядке их подчинения, а в более понятном для мышей смысле — трехмесячные половозрелые самцы бились за место под солнцем, за свои, животные, интересы — за самку, в конце концов. Они были искренни в своей борьбе, потому что не могли знать, что им уготовили исследователи на потом.
— Потом к победителям и побежденным подсаживали готовую к спариванию самку, — рассказывает доктор биологических наук Наталья Кудрявцева, заведующая Сектором нейрогенетики социального поведения Института цитологии и генетики. — Правда, наблюдать ее самцы могли только через прозрачную перегородку с отверстиями. Такие условия позволяют самцу воспринимать самку, но исключают физический контакт. А нами уже давно проверено, что чем чаще самец подходит к перегородке, тем он и при более тесном общении активнее и поэтому достаточно, не убирая перегородку, просто фиксировать число попыток подойти к самке поближе и время, которое они на это тратили.
Так передравшиеся самцы попали в научную программу «за стеклом». Их для начала поделили на группы — в одну попали те, кто постоянно выходил победителем из выяснений отношений, а в другую — неудачники. С появлением самки заметно оживились и те, и другие. Но аутсайдерам хватило считанных минут виртуального общения с самкой, после чего их интерес плавно сошел на нет: низкий уровень полового гормона тестостерона в крови явно не способствовал повышению сексуального интереса. Увы, но и победа агрессоров в борьбе за верхушку на иерархической лестнице сыграла с ними неважную шутку. Тестостерона у них оказалось немногим больше, чем у побежденных, зато в полтора-два раза меньше, чем у самцов, в драках не участвовавших. К тридцатой минуте победителям было уже совершенно безразлично, кто там суетится за перегородкой — самка или кто еще. И чем именитее был самец, чем больше побед было на его счету, тем быстрее пропадал у него интерес к противоположному полу.
— Наши наблюдения позволяют сделать вывод, что участие в социальных конфликтах нарушает функционирование половой системы у животных вне зависимости от опыта побед или поражений, — заключает Наталья Николаевна.
Оно и понятно: проигравшим — побитым и покусанным — не до любви, а что касается их более удачливых и сильных соперников… Ну, победителево ли это дело — самку «топтать»! Того и гляди, в пылу любовной страсти лавровый венок с головы свалится.
Да что мы все о мышах да о мышах..?
Все мы чего-то суетимся, из кожи вон лезем, зубами скрежещем, глядя на более продвинутого коллегу, а то и на себе косые взгляды ловим. Пихаемся, забираясь в переполненный автобус, ногами топчемся. Соседа по даче, негодяя, надо на место поставить: забор на полметра перенес. И выборы опять-таки грядут: сам не выбираешься — за своего дерись!
Так и живем — в тычках, сварах, драках, мышиной возне по мелочам. А мыши-то подают другой пример: живи спокойно и дай спокойно жить другим. И хватит тогда времени и творить, и любить.
К слову, Наталья Кудрявцева подчеркнула, что поведение мышей в пылу социальных баталий и после них любопытно и даже поучительно не только в сфере взаимоотношения полов. Исследования, которые ведутся в институте уже немало лет, доказывают, например, что у проигравших нарушается иммунная защита, а у победителей наблюдается явно завышенная самооценка. Увы, цена победы иногда не соизмерима со средствами, на нее потраченными.
http://www.vn.ru/29.10.2004/society/38035/
Под эксперимент попали опять-таки мыши. Бедным грызунам предложили невыносимые человеческие условия: драться за место на иерархической лестнице. Но, конечно, не за верхнюю ступень в расположении служебных званий и должностей в порядке их подчинения, а в более понятном для мышей смысле — трехмесячные половозрелые самцы бились за место под солнцем, за свои, животные, интересы — за самку, в конце концов. Они были искренни в своей борьбе, потому что не могли знать, что им уготовили исследователи на потом.
— Потом к победителям и побежденным подсаживали готовую к спариванию самку, — рассказывает доктор биологических наук Наталья Кудрявцева, заведующая Сектором нейрогенетики социального поведения Института цитологии и генетики. — Правда, наблюдать ее самцы могли только через прозрачную перегородку с отверстиями. Такие условия позволяют самцу воспринимать самку, но исключают физический контакт. А нами уже давно проверено, что чем чаще самец подходит к перегородке, тем он и при более тесном общении активнее и поэтому достаточно, не убирая перегородку, просто фиксировать число попыток подойти к самке поближе и время, которое они на это тратили.
Так передравшиеся самцы попали в научную программу «за стеклом». Их для начала поделили на группы — в одну попали те, кто постоянно выходил победителем из выяснений отношений, а в другую — неудачники. С появлением самки заметно оживились и те, и другие. Но аутсайдерам хватило считанных минут виртуального общения с самкой, после чего их интерес плавно сошел на нет: низкий уровень полового гормона тестостерона в крови явно не способствовал повышению сексуального интереса. Увы, но и победа агрессоров в борьбе за верхушку на иерархической лестнице сыграла с ними неважную шутку. Тестостерона у них оказалось немногим больше, чем у побежденных, зато в полтора-два раза меньше, чем у самцов, в драках не участвовавших. К тридцатой минуте победителям было уже совершенно безразлично, кто там суетится за перегородкой — самка или кто еще. И чем именитее был самец, чем больше побед было на его счету, тем быстрее пропадал у него интерес к противоположному полу.
— Наши наблюдения позволяют сделать вывод, что участие в социальных конфликтах нарушает функционирование половой системы у животных вне зависимости от опыта побед или поражений, — заключает Наталья Николаевна.
Оно и понятно: проигравшим — побитым и покусанным — не до любви, а что касается их более удачливых и сильных соперников… Ну, победителево ли это дело — самку «топтать»! Того и гляди, в пылу любовной страсти лавровый венок с головы свалится.
Да что мы все о мышах да о мышах..?
Все мы чего-то суетимся, из кожи вон лезем, зубами скрежещем, глядя на более продвинутого коллегу, а то и на себе косые взгляды ловим. Пихаемся, забираясь в переполненный автобус, ногами топчемся. Соседа по даче, негодяя, надо на место поставить: забор на полметра перенес. И выборы опять-таки грядут: сам не выбираешься — за своего дерись!
Так и живем — в тычках, сварах, драках, мышиной возне по мелочам. А мыши-то подают другой пример: живи спокойно и дай спокойно жить другим. И хватит тогда времени и творить, и любить.
К слову, Наталья Кудрявцева подчеркнула, что поведение мышей в пылу социальных баталий и после них любопытно и даже поучительно не только в сфере взаимоотношения полов. Исследования, которые ведутся в институте уже немало лет, доказывают, например, что у проигравших нарушается иммунная защита, а у победителей наблюдается явно завышенная самооценка. Увы, цена победы иногда не соизмерима со средствами, на нее потраченными.
http://www.vn.ru/29.10.2004/society/38035/